Город Кимры
Поиск по сайту   
+7 (905) 606 01 96
79056060196@ya.ru
Общественный информационный портал города Кимры

Дата: 09 апреля 2019

На любую ногу, или Как в Кимрах создали обувной кластер

На любую ногу, или Как в Кимрах создали обувной кластер

Если говорить о том, с чем ассоциировалась Тверская губерния до революции, правильный ответ: хорошая обувь. В Кимрах еще в XIX веке был создан первый полноценный, как сказали бы сейчас, промышленный кластер обувного промысла. Но получилось это не сразу!

Свобода по выкупу

Обувной промысел в Кимрах расцвел еще при Петре Первом, который, как считается, устроил местным помещикам Салтыковым исключительно выгодный подряд для российской армии. С тех пор Кимры стали центром обувной промышленности в Российской империи. Считалось, что именно кимряки первыми научились натягивать сапоги на колодку и шить их одним швом – так, чтобы части сапога будто срастались намертво. Здесь же освоили выпуск «осташей» из двойной кожи, незаменимой обуви для охотников, а также стали шить первую модельную – сапоги «всмятку», или «гармошкой», а также сапоги «со скрипом», в которых ходили все купечество и богатые мастеровые. Здесь же по парижским эскизам делали самые модные дамские туфли и башмаки. При этом понятие качества было настолько абсолютной ценностью, что малейший брак мог закончиться плохо для нерадивого мастера. Есть полулегендарная история, как в 1914 году одного кимрского купца обвинили в том, что он поставил в армию «чуму» – сапоги на картонной подошве. Человек до суда не дожил. Помер от позора.

Со временем кимрское качество обрело мировой статус. Еще на Всемирной Лондонской выставке братья Столяровы получили дипломы и право ставить личное клеймо на свои изделия, «поставляемые в том числе и за границу». На еженедельных субботних базарах в Кимрах в ту пору продавалось 55 тысяч пар обуви. Кимры обували всю Россию. Эта обувь удивительной работы, непредставимого сейчас качества. Кожа тонкая, прочная, выделка отличная, швы безукоризненные… И главное – полностью ручная работа! Перед революцией в Кимрах насчитывалось 16 тысяч «патентных» сапожников, а кимрская обувь продавалась на базарах по всей стране. В наше время в Кимрах даже поставили памятник сапожнику как символу лучшей эпохи в истории города.

Однако история взлета кимрского «сапожного царства» малоизвестна. И связана, как водится, с женщиной. Звали ее Юлия Самойлова, и когда-то село Кимры принадлежало ей. Юлия Самойлова была очень красивой женщиной. Что уж говорить, если даже художник Карл Брюллов настолько воспламенился ее красотой, что до конца дней своих писал портреты Самойловой! А на знаменитой своей картине «Последний день Помпеи» изобразил ее аж три раза: всмотритесь в лица матери, прикрывающей детей, девушки, лежащей без чувств, и женщины, спасающей старика, – все они с лицами, вернее, с лицом любимой модели живописца!

На самом деле девичья фамилия Самойловой — Пален, ее отец приходился родственником жены императора Петра Великого. В 1823-м Юлия вышла замуж за графа Самойлова (с благословения царя), но вскоре супруги разошлись. Графиня часто бывала в имении «Графская Славянка», расположенном в четырех верстах от Павловска. В этом имении собирался весь цвет творческого Петербурга — артисты, художники, музыканты — устраивали шумные вечеринки. Неподалеку находилась резиденция императора Николая Первого. Царь приезжал в Павловск с семьей отдохнуть, а тут каждый вечер шум, концерты у графини Самойловой. «Хоть бы уехала она куда-нибудь», - говорил он. И как в воду глядел!

В 1846 году в Италии Юлия Павловна познакомилась с провинциальным тенором Пери. Между ними случился бурный роман, и графиня решила выйти за него замуж. Пери был католиком, Самойлова решила принять веру мужа. По российским законам, если дворянин принимал чужую веру, он лишался права владеть какой-нибудь недвижимостью в России. Поэтому Самойловой предстояло продать все свои российские активы, в том числе и село Кимры.

И тут к ней пришла… делегация местных сапожников. Прослышав о решении Самойловой продать село, кимряки сами выступили покупателями. Подобные истории, чтобы крепостные себя выкупали, в России случались крайне редко, а тут не одна семья, не две, а целое село! Вопрос решался на самом высоком уровне, разрешение на продажу села Кимры самим крестьянам спрашивали у императора Николая Первого. Тот согласился, после чего министр государственных имуществ граф Киселев оформил сделку. После выкупа жители села переходили в статус обязательных крестьян, то есть, по сути, становились вольными предпринимателями.

Правда, когда кимряки узнали, какую цену назначили за село, они долго чесали в затылках. 495 тысяч рублей — астрономическая по тем временам сумма, тем более для крепостных сапожников, для которых рубль считался большой суммой. Тем не менее кимряки согласились. В государственном банке был оформлен казенный кредит на 495 тысяч с рассрочкой платежей на 37 лет. Граф Киселев выказал крестьянам желание, чтобы они всеми силами оправдали себя в платеже (по 29 000 руб. в год), на что они ответили: мол, милость чадолюбивого монарха будет для них всегда священна; что в нужде они заложат дома, жен и детей, но доверие монаршее оправдают.

Кимряки сдержали слово: рассрочку по кредиту они выплатили досрочно, в 1867 году, за 20 лет. Причем их заставили выплатить и банковские проценты, то есть общая сумма «выкупа» достигла миллиона рублей. Никто даже представить себе не мог, что какие-то крестьяне смогут заработать миллион. Впрочем, к тому времени, как пришел срок выкупа, никто не задавал подобных вопросов. Кимры так сильно «поднялись» на обувном промысле, что в Тверской губернии появился первый в царской России промышленный кластер, центр всего сапожного ремесла.





А что же графиня Самойлова? Через несколько месяцев после свадьбы ее муж, тенор Пери, скончался от туберкулеза. Сама же графиня, потеряв доходы от русских имений, продолжала вести прежний расточительный образ жизни и постепенно совершенно издержалась. Когда ей было 60 лет, она решила купить графский титул и вступила в фиктивный брак с обедневшим французским дипломатом, графом де Морне. Брак этот разорил ее окончательно. Под старость бывшая красавица и аристократка поселилась в Париже, где познала настоящую бедность, распродав с «молотка» все свои коллекции картин.

Она умерла в нищете, а ее бывшие крепостные стали богатыми и процветающими. Есть легенда, что, узнав о смерти бывшей владелицы Кимр, сапожники отправили в Париж самые красивые туфельки, инкрустированные слоновой костью и золотом – положить в гроб…

Обуть армию

В истории тверских сапожников есть сюжет, сведения о котором удалось найти в государственном архиве Тверской области. История, без преувеличений, исключительная.

Началось все с того, что в 1904 году, когда Россия готовилась к войне с Японией, выяснилось: на военных складах практически нет сапог. Военное министерство стало думать, как решить эту проблему. Требовалось в кратчайшие сроки пошить несколько сотен тысяч пар обуви для армии и

флота, чтобы «обуть» солдат, отправляющихся на войну. И не придумали ничего лучше, чем обратиться к кимрским сапожникам – Кимры тогда входили в состав Корчевского уезда Тверской губернии. На тот момент сапожное и кожевенное ремесло было развито не только там, но в столице решили, что именно тверские сапожники сумеют выполнить особое задание военного ведомства быстро, качественно и в срок.

«Сапожному вопросу» придавалось исключительное значение. Требовалось организовать производство сапог на местах, поэтому в Тверь полетели строгие депеши. В Тверской земской губернской управе сам председатель фон Дервиз рассылал циркуляры: призвать сапожников выполнить патриотический долг. И сделать это требовалось максимально быстро: на дворе стоял май 1904 года, а обуть экспедиционный корпус, отправляющийся в Маньчжурию, следовало буквально за пару месяцев.

Разумеется, власти на местах немедленно откликнулись и отрапортовали, что сапожники оповещены и готовы оказать помощь России в борьбе с японцами. Единственное, им нужны материалы и выкройки, по которым надо делать сапоги. Профессия сапожника совершенно неожиданно для всех стала стратегической, и всех ее представителей поименно переписали. Результаты этой переписи сохранились в архивах. Всем сапожникам дали звание ратников (ополченцев), чтобы они понимали важность возложенной миссии.

До присвоения воинских званий, слава богу, не дошло, к тому же «военным сапожникам» за их работу все-таки платили (1 рубль 48 копеек за пару), но сделать военный заказ требовали максимально быстро. Из Вятки в Тверь прибыл военный эшелон, груженный кожей, железными шпильками, задниками, каблуками, из Перми доставили стратегически ценный груз – восемь пудов стелек. Добавим, что следить за выполнением «сапожного задания» в Тверь из Петербурга прибыл сам генерал, уполномоченный департамента сельской экономии Министерства государственных имуществ И.И. Ямпольский.

И работа закипела! Тогда не принято было писать о передовиках производства и перевыполнении плана, но уже в июле председатель Тверской губернской земской управы докладывал, что сапожник Киселев изготовил 130 пар, тогда как в среднем каждому сапожнику требовалось сделать 100 пар. А другой сапожник (имени его в документах, к сожалению, нет) привлек к выполнению стратегического задания всю семью: жена кроила голенища, подошвы и кружки для каблуков, старший сын делал строчки, младший собирал готовое изделие, и даже самого маленького, семилетнего, приспособили упаковывать готовые сапоги. Он тоже имел статус ратника-ополченца и получал по три копейки за каждую изготовленную пару сапог. В Кимрах сапожники расчехлили швейные машинки, которые имелись в каждой семье, но их держали для особых случаев, предпочитая работать по старинке, вручную.

«Военные сапожники» из Кимр и других уездов губернии с честью выполнили задание военного ведомства, отправив в армию 13 327 пар готовых сапог. Каждая пара обошлась казне втрое дешевле, чем если бы эти сапоги закупали где-нибудь за границей. А качество их было настолько высокое, что по распоряжению «уполномоченного по сапогам» Ямпольского тверская обувь была отобрана для показа на Первой Всероссийской выставке кустарного производства в 1906 году. Там сапоги демонстрировали как образец того, что способен сделать своими руками крестьянин, не занятый в промышленном производстве. Это был первый случай, когда армейская обувь стала сенсацией всероссийской выставки.

Есть даже предположение, что на деньги, которыми казна щедро рассчиталась с кимряками за поставки сапог, кимрский купец Александр Строганов в 1907 году открыл в селе первую фабрику механического пошива обуви «Якорь» (ныне обувная фабрика «Красная Звезда»). Однако у этой красивой истории есть продолжение, увы, не такое красивое.

Спустя 10 лет, в 1914 году, перед началом Первой мировой войны, военное ведомство обнаружило, что на складах… вновь не хватает сапог. Опять не подготовились к войне, что ты будешь делать! Вспомнили, как десять лет назад кимрские сапожники выручили, решили повторить опыт. Снова собрали списки сапожников, так же распределили заказы. Но тут… В общем, все оказалось плохо.

Во-первых, Кимры наводнили перекупщики, которые скупали за копейки готовую продукцию и тут же перепродавали военному ведомству по тройной цене. И сделать с ними ничего было невозможно, поскольку «посредники» оказались родственниками некоторых членов Тверской земской управы, распределявших казенные деньги. И это еще полбеды. Те же посредники выкупали на складах хорошую кожу, привезенную для изготовления сапог, а вместо нее отправляли гнилую, лежалую, которая буквально расползалась под руками мастера. Кстати, «гнилые сапоги» стали в Первую мировую настоящим символом повального казнокрадства, воровства и коррупции в тылу.

К счастью, на репутации самих сапожников это никак не отразилось. Хорошую обувь в Кимрах делают и по сей день.

Автор благодарит сотрудников Государственного архива Тверской области за помощь в поиске редких материалов и документов.
Владислав Толстов

Источник: Московский Комсомолец Тверь
Дата: 09 апреля 2019 | Просмотров: 2129





ГОРОД ДУБНА.РФ
Родных пилота, который погиб в годы войны под Краснодаром, ищут поисковики в Талдоме

Младший лейтенант Сергей Зуйков – один из тех погибших бойцов, чья похоронка даже не дошла до родных. Догадывались ли близкие красноармейца, что он погиб геройской смертью? Пока это неизвестно, но подмосковные и краснодарские поисковики надеются, что удастся найти родственников младшего лейтенанта и рассказать им о его боевой судьбе.

Известно, что Зуйков Сергей Степанович родился 24 сентября 1917 года в деревне Ахтимнеево.

- Сегодня это Талдомский городской округ. В январе 1938 года он поступил в авиационную школу. А дальше – война, – говорит руководитель поискового отряда «БУМЕРАНГ-ДОСААФ» в Наро-Фоминске Федор Пущин.

Недавно выяснилось, что жизнь молодого пилота оборвалась 2 августа 1942 года в Белоглинском районе Краснодарского края. Эта территория была оккупирована немцами. Во время боевого вылета самолет И-15 («Чайка») Зуйкова сбила зенитная артиллерия противника. Машина упала в реку Рассыпную. Местные жители предали бойца земле, не зная ни его имени, ни откуда он родом. До 1958 года могила неизвестного пилота располагалась на берегу реки, а затем была перенесена в братскую, расположенную неподалеку.





Отцу пилота, проживавшему в Ленинграде, отправили похоронку. Однако извещение вернулось с пометкой «по данному адресу никто не проживает».

В конце 1990-х поисковики Краснодарского края провели экспедицию по подъему из русла реки обломков самолета. Сделали запросы в архив, чтобы установить личность пилота, за которым была закреплена машина, но тогда это не дало результата.

В этом году дело сдвинулось с мертвой точки. Добровольцы в очередной раз обследовали фрагменты самолета, хранящиеся в музее с. Белая Глина. В этот раз помогли коллеги поисковиков, авиационные исследователи и специалисты, поработавшие с документами в Центральном архиве Мин­обороны страны. Они узнали, что пилотом самолета И-153 6628 с мотором М-62 621076, с высокой степенью вероятности, был именно младший лейтенант Зуйков. По состоянию на 25 июля 1942 года машина числилась в составе 267-го истребительного авиационного полка 236-й истребительной авиационной дивизии.

– Если удастся найти родственников, они смогут узнать, где похоронен их близкий человек, и приехать на братскую могилу. Возможно, передадут в семью какие-то фрагменты самолета. Это распространенная практика, – отмечает Пущин.

Екатерина Никитина

Источник: Подмосковье Сегодня
Читать дальше
65 лет Дубне: выпуск дубненского телевидения, посвященный 8 марта, 1991 год | Видео

65 лет Дубне: выпуск дубненского телевидения, посвященный 8 марта, 1991 год

Корреспонденты пообщались с представительницами прекрасного пола и спросили, о чем они мечтают, а у мужчин узнали, что они желают женщинам…

Напомним, по средам на телеканале «Дубна» мы вспоминаем историю города, большие праздники и значимые события. Вспомним, как это было, вместе!





Источник:
Читать дальше

ИСТОРИЯ, КУЛЬТУРА И РЕЛИГИЯ
09 апреля 2019
Самое бескультурное население проживает в Вышнем Волочке, Торжке и Кимрах


По последним данным, самые "окультуренные" люди живут в Оленинском районе, на втором месте по уровню культуры – Калязинский, на третьем – Молоковский. Кимры же оказались на 40-ом месте по "окультуренности" населения, Кимрский район - на 30-ом.

В самом конце рейтинга плетутся Торжок и Вышний Волочек – там один человек посещает учреждения культуры в среднем 1,5 раза в году. На заседании правительства Тверской области думали, что с этим делать и как реализовать региональную составляющую национального проекта "Культура".

Национальный проект "Культура" рассчитан до 2024 года и подразумевает работу по трём направлениям: "Культурная среда" (развитие инфраструктуры), "Творческие люди"(создание условий для развития творческого потенциала) и "Цифровая культура" (цифровизация услуг).

Конкретная цель проекта – повысить на 15% число посещений организаций культуры и в пять раз увеличить количество посещений информационных ресурсов Минкультуры (Культура. РФ, История. РФ, портал Национальной электронной библиотеки, Государственный каталог Музейного фонда России и др.). В списке регионов ЦФО мы занимаем шестое место по количеству посещений культурных учреждений на человека в год – 5,1. Самая культурная в этом рейтинге область – Белгородская: в среднем ее житель 7,5 раз посещает культурные мероприятия.





Что касается тверского районного рейтинга, то губернатора он удивил.

Чаще всего посещают учреждений культуры жители Оленинского района – 17,3 раза в год в среднем каждый. Жители Калязинского района – 14. На третьем месте – Молоковский район - 13,6.

Удивительно, но в крупных городах – Твери, Ржеве, Кимрах, Торжке и Вышнем Волочке – жители реже остальных посещают муниципальные учреждения культуры. В самом конце рейтинга Вышний Волочек – 1,6 раз в год, в Торжке - 2,6, в Кимрах – 2,9, Твери – 4,8 раз в среднем горожанин ходит в музеи, театры и дома культуры.

- То есть жители сельской местности чаще, чем городские, посещают учреждения культуры? С таким подходом мы не повысим уровень культуры, а просто освоим средства. Не очень хорошо, не очень хорошо, - удивился губернатор и велел проанализировать положение культурных дел в районах-аутсайдерах.

Чтобы культура развивалась, в Тверской области в рамках нацпроекта будут ремонтировать местные дк и клубы, оснащать детские музыкальные школы и кинозалы, модернизировать театры, создавать модульные библиотеки и проводить фестивали и конкурсы. Кроме того, "творческие люди" и НКО могут получить гранты на поддержку фестивалей, проекты по укреплению российской гражданской идентичности и прочего.

По материалу ТИА
Читать дальше

04 апреля 2019
В Кимрах хотят продать историческое здание Гостиного Двора по кирпичам


Многие, кто бывал в городе Кимры, наверняка видели полуразвалившееся здание бывшего гостиного двора, кстати, памятника архитектуры, которое многие годы стоит и разваливается, используясь исключительно как туалет.

А здание-то на самом деле интересное. Гостиный двор был построен на Октябрьской (бывшей Соборной) площади в 1914 году, в псевдорусском стиле. Здание было построено на деньги, собранные вскладчину девятью сельскими обществами, для того чтобы получать доходы от сдачи помещений в аренду. В новом здании располагались магазины, склады, аптека и небольшая электростанция.

Сегодня же местные власти о памятнике архитектуре позабыли, а жители Кимр отлично понимают, что его восстанавливать никто даже не собирается.

Видимо исходя из этой мысли, в одной из кимрских групп появилось рацпредложение от какого-то предприимчивого кимряка здание разобрать и продать на сувениры…

Идея высказывается следующая: «Помните историю про хваткого парня, продававшего остатки гнилого настила Бруклинского моста, в виде сувениров, по 15 баксов? Или кусочки берлинской стены, которые с удовольствием расхватывают туристы, не жалея кровных евро? Давайте тоже разберём остатки стен на мелкие части, прилепим на досочки и начнем продавать через Авито под вывеской… ну например «остатки дворца короля героиновой столицы центра России».»

А что? Неплохо! Советую местным жителям донести эту идею до властей города. И тем навар и кимрякам не нужно переживать за судьбу здания, каждый раз спотыкаясь взглядом о рушащиеся стены. Правильным курсом идёте, товарищи!

Источник: Край справедливости
Читать дальше

03 апреля 2019
В последний день марта на савеловской часовне засияли купола


В последний день марта почти 500 кимряков стали свидетелями исторического события: были освящены, а затем и водружены кресты на купола строящейся часовни на Савеловской стороне.

Почти 20 лет назад у савеловцев возникла идея – воздвигнуть храм в честь Великого Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна. Точнее будет сказать – возродить святыню, которая когда-то находилась в Савелове – до 30-х годов прошлого века.

Храм был разрушен безбожниками, и теперь потомки тех людей решили восстановить историческую справедливость. Но одно дело решить, а совсем другое – сделать. Любое строительство – это крайне сложный процесс. А тем более, если речь идет о храме.

В начале 2000-х годов городскими властями было выделено место под строительство храма – по соседству с памятником самолетов ТУ-124. на месте будущей святыни установили крест. Каждые две недели здесь совершались молебны. Верующие приходили молиться, невзирая на капризы природы – и в дождь, и в зной, и даже в лютый мороз. Здесь несколько раз начинались городские антинаркотические акции с последующим крестным ходом в цыганский табор. Кстати, во многом благодаря тем акциям Кимры сумели справиться в этой «коричневой чумой» и утратили малоприятный «титул» малой столицы российского наркобизнеса.

Несколько раз заходили сюда и участники традиционного Крестного хода по Волге. Словом, место будущего храма стало и в целом для города очень многое значить.

Но вот до строительства самого храма дело никак не доходило.

И вот буквально пару лет назад было принято еще одно историческое решение – построить в этом месте сначала часовню в честь родителей Крестителя Господня Иоанна — Захария и Елизаветы. Причем, в расширенном виде — вместе с воскресной школой для детей. Нашлись жертвователи денежных средств, коих, разумеется, требовалось немало. Был учрежден благотворительный фонд для строительства храма, который возглавила Ася Алексеевна Каленова – вдохновитель и главный «двигатель» этого благого дела. И работа закипела. Сначала – проектно-документальные, а затем и самые непосредственные.

Наконец, 31 марта настал очень важный промежуточный этап: освящение и установка крестов на уже готовые купола. Собственного говоря, с этого дня часовня и стала часовней.

Торжественное богослужение возглавил благочинный церквей Кимрского округа протоиерей Евгений Морковин, ему сослужили клирики Преображенского собора протоиерей Владимир Кириллов и диакон Алексий Хомутов. Даже сама природа в этот день, казалось, радовалась происходящим событиям: было очень тепло, ярко светило солнышко. Атмосфера была радостной и праздничной.

Сначала был отслужен благодарственный молебен Господу нашему Иисусу Христу, а затем чин освящения крестов. После того, как все желающие приложились к обоим крестам, они тут же были водружены на купола. Отец Евгений поздравил всех с этим историческим событием и вручил благодарственные грамоты людям, которые внесли самый значительный вклад в строительство часовни – Асе Алексеевне Каленовой, строителям Ренату и Вячеславу, а также спонсорам этого благого дела.

Также всем верующим было объявлено, что окончание строительства намечено к осени нынешнего года и в сентябре, если все по плану, в новом храме-часовне будет отслужена первая божественная литургия на праздник родителей Крестителя Господня Иоанна — Захария и Елизаветы.

Кимрское благочиние Тверской епархии
Читать дальше

02 апреля 2019
2 апреля 1984 года в Кимрах родился российский актёр театра и кино Антон Шагин


Антон Шагин родился 2 апреля 1984 года в городе Кимры Калининской области.

Его детство прошло в городе Карачеве (Брянская область), куда его в восьмимесячном возрасте перевёз дед, Юрий Константинович Горшков.

Учился в школе С. М. Кирова. До школы Антон носил фамилию Горшков (Шагин — фамилия отчима). Когда Антону было 14 лет, погибла его мать.

После 9-го класса пошёл учиться в ПТУ на слесаря-инструментальщика. Участвовал в самодеятельности. После окончания ПТУ, проработав один год, поехал в Москву поступать в школу-студию МХАТ.

В 2006 году окончил Школу-студию МХАТ (курс И. Золотовицкого и С. Земцова).

В 2006 году за роль Мити в дипломном спектакле «С любимыми не расставайтесь» (реж. В. Рыжаков) был удостоен Театральной премии «Золотой лист» в номинации «Лучшая мужская роль».

В том же году был принят в РАМТ, где были сыграны спектакли: «Приключение Тома Сойера (Том Сойер) реж. Д. Крэнни, «Красное и черное» (Мале), реж. Ю. Еремин.

В то же время играл в спектаклях В. Рыжакова «Валентинов день» (Валентин) в ТЦ на Страстном и «Июль» в театре «Практика».

В 2009 году, получив приглашение от М.А.Захарова на роль Лопахина в спектакле «Вишневый сад», стал актером театра Ленком. За роль Пер Гюнта в спектакле М.А. Захарова «Пер Гюнт», 2011 г. был удостоен премии «Хрустальная Турандот» (специальный приз), а также стал лауреатом Премии Правительства России в области культуры.

В 2012 году в Александринском театре в Санкт-Петербурге состоялась премьера спектакля Валерия Фокина «Литургия ZERO» по роману Ф.М. Достоевского «Игрок» (Алексей Иванович).

Работы в кино:

«Тиски» (Крот) реж. В.П.Тодоровский, 2007 г.;
«Стиляги» (Мэлс) реж. В.П.Тодоровский, 2008 г.;
«Бездельники» (Соловей) реж. А. Зайцев, 2009 г.;
«Поцелуй сквозь стену» реж. В. Акопян, 2010 г.;
«Прячься!» реж. Д. Орейли, 2010 г.;
«На ощупь» реж. Ю. Грымов, 2010 г.;
«В субботу» (Кабыш) реж. А.А. Миндадзе, 2011 г. – за эту работу был удостоен Национальной Премии Гильдии киноведов и кинокритиков России «Белый Слон»;
«Яма» (Петр Лихонин) реж.В. Фурман, 2014 г.;
«Бесы» (Петр Верховенский) реж. В. Хотиненко, 2014 г.

Увлекается поэзией.

Брат, вот такие дела –
Я перестал ждать вдохновенья.
Тягучий мед или варенье
Я убираю со стола.

И сев за чистый лист бумаги,
Я собираюсь описать,
Как умер дед, но раньше мать –
Весной в зачуханной общаге.

Скоропостижно солнце село,
Мы думали, что это сон.
Не может быть, чтобы в наш дом
Случайно птица залетела.

Однако жизнь – суровая игра
Распределила все иначе:
Мы продали участок с дачей
И детство вышло со двора.

Антон Шагин, 18.12.2013

Читать дальше

Яндекс.Метрика

Другие способы найти нас

Facebook
В Контакте
Одноклассники
Instagram
YouTube

Разработка G&G Студия
ГОРОД.РФ © 2014 - 2021 Город-Кимры.ru